Вьетнамский блицкриг против красных кхмеров: конец самого жуткого режима XX века

Почти поголовное уничтожение имущих и образованных слоёв, а также этнических меньшинств. Опустевшие города. Полностью анонимное руководство из «братьев» под номерами. Ликвидация медицины, образования, науки и культуры. Полный запрет на литературу. Фантастическая антиутопия? Нет. Реальный режим красных кхмеров в Камбодже.

Инфернальный эксперимент

Про ужас режима красных кхмеров в Камбодже рассказали уже очень много. И всё равно мы не до конца представляем, что творилось в этой стране при Пол Поте.

Подростки–солдаты забивали людей мотыгами и перерезали глотки пальмовыми листьями — для экономии. И это в лучшем случае. В худшем же были настолько изощрённые и садистские казни и пытки, что от них поседел бы среднестатистический эсэсовец. Сколько именно вырезали красные кхмеры — неясно до сих пор. То ли пятьсот тысяч человек, то ли три миллиона. Если верно последнее, то это — больше трети тогдашнего населения страны. Детей воспитывали отдельно от родителей, все иностранные языки были запрещены, а читать дозволялось только правительственные указы. Было начато новое летоисчисление — год установления режима считался нулевым.

Если бы кто–то описал подобное в литературной антиутопии — критики и комментаторы дружно стали бы полоскать автора за «чушь и нереалистичность».

К сожалению, всё это существовало в реальности долгих три с половиной года. Пока на залитые кровью поля не ворвались три вьетнамских армейских корпуса и не положили всему этому решительный конец.

Как возник режим красных кхмеров?

Воронка будущей катастрофы появилась из–за войны во Вьетнаме.

Вьетнам протянулся узкой изогнутой полосой вдоль побережья Южно–Китайского моря. На севере и на юге полоса расширяется вокруг Ханоя и Сайгона. Посередине перемычка сужается до 40 километров.

После разделения Вьетнама на коммунистический север и капиталистический юг северяне стали всемерно поддерживать левых партизан на юге — тот самый Вьетконг, который «гуки на деревьях». Делать это через территорию собственно Вьетнама было невозможно из–за почти наглухо перекрытой «перемычки». Зато если пойти напрямую, через Лаос и Камбоджу, — всё получится удобнее и быстрее.

В 1970–75 годах страна называлась Кхмерской республикой, а с 1975 до 1989 — Кампучией. В этой статье для простоты будет употребляться название «Камбоджа», под которым страна была известна всё остальное время и которым именуется сейчас.

Так возникла знаменитая «тропа Хо Ши Мина». Из–под «красного» Ханоя через формально не воюющие Лаос и Камбоджу прямиком к главному «оплоту реакции» — Сайгону.

Американцы и южане тоже не были идиотами. «Тропу» они пытались заблокировать любой ценой. Ценой, естественно, стали жизни простых лаосцев и камбоджийцев.

На восточную Камбоджу вплоть до пригородов Пномпеня с B–52 сыпались сотни тысяч тонн бомб. Был и напалм, и обстрелы с ганшипов (самолёты огневой поддержки — Прим. ред.). Точное количество жертв тоже неизвестно до сих пор — то ли сто тысяч, то ли полмиллиона.

А ещё поговаривают, что в рамках секретной операции «Дэниел Бун» помимо разведки и охоты за вьетконговцами в Камбодже американцы устроили около двух тысяч рейдов псевдо–вьетконговцев. Переодетые южновьетнамские спецназовцы под видом отрядов Народного фронта освобождения Южного Вьетнама вырезали деревни и совершали показательные зверства — чтобы местные ополчились на вьетнамцев.

Кхмеры — основное население Камбоджи — и без того веками плохо переваривали своих традиционных соседей и конкурентов. А тут всё стало совсем печально.

В Камбодже с 60–х годов шла вялотекущая гражданская война. Действия американцев резко повысили симпатии крестьян к самой радикальной маоистской фракции — красным кхмерам во главе со студентами из состоятельных семей, набравшихся самого дикого маоистского радикализма… в парижской Сорбонне.

«О, этот прекрасный дух мятежного Парижа 1968–года! — говорили они. — Мы за полное и тотальное освобождение всех от всего!»

А ещё они всегда говорили, что выступают за крестьян, и чётко указывали на виноватых: всех этих «гадов городских, жирующих на нашем горбу, пока мы тут под бомбами дохнем». И естественно, вьетнамцев — из–за которых на головы сыпятся американские бомбы, которые ходят тут и вырезают деревни и вообще скоро выпьют всю воду в Меконге.

Самыми яростными и отмороженными солдатами красных кхмеров стали десятки тысяч подростков–сирот, оставшихся после американских ковровых бомбардировок. Они жаждали расплатиться за своё горе.

Американцы были далеко. А «городские буржуи» и вьетнамцы — рукой подать.

Всему этому очень сочувствовали и помогали в Пекине. Ведь товарищи, несмотря не некоторые перегибы на местах, следовали единственно верному учению председателя Мао. В отличие от советских ревизионистов и хитрых вьетнамцев, не желающих после получения помощи пасть ниц перед Срединной империей. Ой, то есть перед ЦК компартии Китая.

Ужас, которому имени нет

В то самое время, когда танки ПТ–76 врывались на улицы Сайгона, а отчаявшиеся беженцы штурмовали последние американские вертолёты, в столицу Камбоджи Пномпень вошли отряды красных кхмеров в своих фирменных красно–белых шарфах.

Расписывать ещё раз начавшиеся после этого ужасы смысла нет. Я остановлюсь лишь на нескольких моментах.

Во–первых, всё население страны согнали выращивать рис. Кто не выращивал рис — охранял тех, кто его выращивал, или же командовал ими.

А почему рис? В Китае на фоне урбанизации случились свои безумные эксперименты — «культурная революция». Как водится, пока толпы «хунвэйбинов» бегали с лозунгами убивать «реакционеров» и сжигали древние книги как «феодальный мусор», сельское хозяйство пришло в упадок.

С едой в маоистском Китае стало как–то совсем грустно — не помогла даже массовая отправка горожан на «перевоспитание» растить рис.

Да–да, Пол Пот всего лишь довёл до радикализма и полного абсурда многие практики председателя Мао.

Покупать еду из–за всё тех же экспериментов было особо не на что. Сателлитов — Камбоджа да Албания, причём Албания сугубо ради «сделать гадость русским и югославам». Вот в Пекине и решили стрясти с камбоджийских товарищей побольше риса за помощь с поставками оружия.

Со всем маоистским радикализмом.

Во–вторых, «цивилизованное мировое сообщество» было в Камбодже на стороне… красных кхмеров. Ведь они — союзники Китая и враги просоветского Вьетнама. А значит — прекрасные люди и почти что «наши собачьи сыны». Ну, а то, что это самый чудовищный режим на планете — так ведь Realpolitik («реальная политика», прагматический образ действий, не ориентирующийся на идеологические сходства и различия. — Прим. ред.), ничего личного.

Кстати, после разгрома красных кхмеров вьетнамцами, США и Франция долго и упорно поддерживали их партизанщину в джунглях и держали место Камбоджи в ООН за полпотовцами. В западной прессе писали проникновенные статьи о героическом сопротивлении отважных идеалистов–кхмеров мерзким вьетнамским оккупантам. Поговаривали, что отряды красных кхмеров прямо в этих самых джунглях учили бойцы британской SAS и прочие прекрасные паладины «свободного мира».

Геополитика не пахнет.

В третьих, началась резня живших в Камбодже вьетнамцев. Уничтожали практически всех, кто не успел сбежать. Провьетнамских коммунистов, которые доминировали в повстанческом движении до американских бомбардировок, тоже истребили.

Резнёй на своей территории дело не ограничилось. Практически сразу после захвата Пномпеня отряды красных кхмеров стали устраивать рейды на вьетнамскую территорию — с прямой и откровенной целью геноцида. Они с жуткой жестокостью вырезали целые деревни и городки. Уже в мае 1975 года полпотовцы захватили вьетнамский остров Тхотю, часть населения уничтожили на месте, а 515 человек угнали на территорию Камбоджи, где впоследствии также казнили.

Пока у власти были красные кхмеры, такие набеги происходили постоянно.

Апофеозом стала резня в деревне Батюк в апреле 1978 года. Тогда полпотовцы вырезали 3157 человек. Спаслись только двое.

Только тогда во Вьетнаме окончательно решили, что с этим пора кончать — быстро и жёстко.

Блицкриг по–вьетнамски: малой кровью, могучим ударом

Против армии США регулярная армия Северного Вьетнама выступила не очень хорошо. Слишком уж подавляющим было превосходство американцев, особенно в воздухе.

Зато после их ухода генералы Вьетнамской народной армии показали, что не зря учились в советских военных академиях. Армию Южного Вьетнама показательно и методично раскатали в блин в нескольких операциях, и над Сайгоном взметнулся алый флаг с золотой звездой.

Сайгон переименовали в Хошимин, и спустя три десятка лет бесконечной войны вьетнамцы стали наконец учиться мирной жизни.

Но через три с половиной года им снова пришлось взяться за оружие.

К границе Камбоджи стянули 2–й, 3–й и 4–й армейские корпуса Вьетнамской народной армии, а также авиацию и флот. К высадке готовились морпехи.

Естественно, это видел Китай — и был крайне недоволен, вплоть до того, что в Камбодже могли появиться силы НОАК (Народно–освободительной армии Китая). Поэтому вьетнамцы в самом быстром темпе стали готовить блицкриг: один стремительный удар, чтобы китайцам стало решительно негде высаживаться.

Красные кхмеры тоже видели все эти приготовления и развернули вдоль вьетнамской границы практически все свои 23 дивизии.

Полпотовские дивизии были слабее вьетнамских даже по штатной численности: четыре тысячи человек против восьми тысяч. Реальное число бойцов было ещё меньше из–за постоянных чисток: многие полки красных кхмеров уступали числом вьетнамским батальонам.

Вот только полпотовцы не были слабым противником. Воспитанные в духе нерассуждающего фанатизма и презрения к смерти — своей и тем более чужой, они обладали отличным боевым опытом и вполне современным китайским оружием.

Когда вьетнамская группировка завершала сосредоточение, 20 декабря 1978 года дивизии красных кхмеров нанесли сильный превентивный удар. На границе закипели бои.

Вьетнамские войска местами отступили и даже покинули районы развёртывания. Но стратегической цели полпотовцы не достигли. Напротив, часть вьетнамских дивизий предприняла контрнаступление уже на следующий день и начала успешно продвигаться вглубь территории противника.

Красные кхмеры отчаянно огрызались. Контрудар по наступающей 303–й дивизии едва не привёл к захвату её командного пункта. Заместитель командира 10–й дивизии получил тяжёлое ранение. Передовые отряды вьетнамцев попадали в тактические окружения, так любимые китайской военной школой, и несли тяжёлые потери.

Вьетнамские колонны подвергались ударам с воздуха — их наносили лёгкие поршневые штурмовики Т–28 «Троян». Когда их базу удалось вычислить, по ней под прикрытием МиГ–21 отработали бомбами транспортники С–130, захваченные ранее у американцев в качестве трофеев. Больше никто никуда не летал.

Утром первого января 7–я дивизия армии Вьетнама двинулась в наступление, ставшее главным сражением кампании. Её задачей было взять стратегический мост, рассечь фронт красных кхмеров и открыть прямую дорогу по автостраде на Пномпень. После этого оборона полпотовцев должна была рухнуть.

Задачу выполнили только к третьему января после тяжелейших боёв. Но мощь вьетнамского наступления настолько впечатлила «безымянных братьев» во главе с Пол Потом, что уже второго января красные кхмеры получили приказ отходить за Меконг и вывозить из Пномпеня ответственных партийных товарищей и китайское посольство.

Пятого января вьетнамские войска вышли к паромным переправам через Меконг на пути к Пномпеню. На западном берегу реки прочно окопались полпотовцы: масса огневых точек и артиллерийских батарей, а в глубине линии обороны ждали сигнала к контрудару танки и БТР.

Тут–то вьетнамцам и пригодились советские плавающие танки ПТ–76. Утром шестого января после артподготовки они вместе с пехотой на катерах и американских БТР М–113(тоже плавающих) под ураганным огнём пересекли километровый Меконг, вырвались на берег, захватили и удержали плацдармы.

Последняя линия обороны полпотовцев на пути к столице рухнула.

Тогда же, шестого января, вьетнамская морская пехота при массированной огневой поддержке кораблей флота высадилась на побережье у стратегического порта Кампонгсаом (Сиануквиль).

Высадка шла тяжело, поскольку опыта у вьетнамцев не было.

Ранним утром седьмого января вьетнамские части вошли в пригороды Пномпеня, встретив по пути лишь разрозненные очаги сопротивления. Пол Пот бежал из столицы на вертолёте. К вечеру вся столица Камбоджи была в руках вьетнамской армии. Одиннадцатого января после тяжёлых боёв вьетнамские морпехи и высадившиеся следом обычные пехотинцы взяли Кампонгсаом.

После этого армия красных кхмеров стала распадаться. Семнадцатого января новый морской десант решительным ударом взял порт Кахконг (ныне Кхемаракпхуминвиль) у границы с Таиландом. На сей раз вьетнамские морпехи действовали куда успешнее — они проломили упорное сопротивление полпотовцев и овладели городом к вечеру того же дня. Последний крупный очаг сопротивления полпотовцев пал.

Вьетнамская армия добивала крупные отряды красных кхмеров до марта — однако это уже были отдельные группы, сражавшиеся фанатично, но неорганизованно.

Победа была своевременной. Семнадцатого февраля 600–тысячная китайская группировка пересекла северную границу Вьетнама. Но спасти режим Пол Пота она уже не смогла. После тяжёлых боёв на границе обе стороны объявили о своей победе и разошлись.

Красные кхмеры ещё долгие годы партизанили по джунглям при поддержке Китая и «цивилизованного мирового сообщества». Но в страну стараниями новых властей и вьетнамских оккупантов возвращалась нормальная жизнь.

Впрочем, и в современной Камбодже есть немало симпатизирующих Пол Поту. Ведь при нём «порядок был». «Суровый, но справедливый и подлинно народный». И всякие там буржуины с хипстерами «место знали». В ямах для трупов. Всякие там враги народа брешут, что при Пол Поте три миллиона убили — а там только полмиллиона и только самых отъявленных вражин…

История, как обычно, никого и ничему не учит.
Источник

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники