Как устроенный нацистами голод помог выявить причину целиакии

Зимой 1944 года Гаага голодала – точно так же, как и все города западных Нидерландов. Правительство страны в изгнании бросило вызов немецким оккупантам и призвало железнодорожных рабочих к забастовке. В ответ нацисты отрезали наиболее населённый регион страны от поставок продовольствия. Каналы замёрзли, и это сделало невозможным как поставки по воде, так и эвакуацию жителей голодающих районов. В результате началась «голодная зима» – голод в беспрецедентных для страны масштабах.

Решений было немного. Вскоре закончилось топливо, и некоторые жители стали перемалывать тюльпаны, чтобы сделать муку. Однако была одна группа людей, которая страдала не так сильно, как ожидалось. В детской больнице Юлианы в Гааге педиатр Виллем Карел Дике заметил, что находящиеся на его попечении дети с целиакией начали поправляться, как только стали голодать.

Доктора знали о целиакии в течение многих лет, но в решениях по поводу её лечения консенсуса не было. Болезнь получила своё название в 1-м веке н.э., когда античный врач Аретей из Каппадокии впервые описал болезнь с истощением, симптомами слабости и диареей, которую он окрестил koiliakos.

Сегодня, как известно, целиакией называется генетическое аутоиммунное расстройство, которое вызывает сильную реакцию на клейковину – белок, содержащийся во многих злаковых растениях, например, в пшенице. Установить это было сложно, но как только причину выявили, быстро нашлись простые способы лечения болезни: употребление продуктов без клейковины.

Но на заре современной медицины причины целиакии долго оставались тайной для врачей. Хуже всего было то, что в основном от этой болезни страдали дети, для которых целиакия часто оказывалась смертным приговором. Болезнь сопровождается повреждениями тонкой кишки и вызывает недоедание, мешая физическому росту и умственному развитию. У детей с острой целиакией развивались ужасающие симптомы: сыпь, иссохшие конечности и большие опухшие животы, какие бывают у пострадавших от голода.

К тому времени, как Дике сделал своё наблюдение, уже многие люди работали над созданием лекарства от целиакии. Наблюдающие за детьми врачи в конечном итоге исключили бактериологический источник, в основном потому, что болезнь одинаково затрагивала детей с самыми разными жизненными условиями. Было похоже, что наиболее подвержены ей дети из самых благополучных детей. (Хотя один врач, Христиан Арчибальд Гертер, предположил, что просто детям из бедных семей чаще ставили неправильный диагноз.)

Казалось, что помогала одна вещь: банановая диета. Американский врач Сидней Хаас в 1924 году начал пропагандировать бананы в качестве лекарства, полагая, что виновником заболевания являются такие сложные углеводы, как крахмал. Спелые бананы почти не содержат крахмала. К счастью для детей с целиакией, они также не содержат и клейковину. Теория Хааса получила широкое распространение и мощную поддержку со стороны банановых компаний, поэтому коллеги обвинили его в рекламе в пользу этих компаний. Отчаявшиеся родители буквально расхватывали фрукты для своих «банановых младенцев». Хотя Хаас, вероятно, спас много жизней, он напрасно полагал, что его банановая диета приводит к постоянному излечению. Взрослые с этой болезнью вновь начинали употреблять пшеницу и другие злаки, и болезнь возвращалась.

Педиатр Дике давно подозревал, что главным виновником является пшеница. В 1932 году он посетил собрание Голландского общества педиатрии, на котором другой врач представил лекарственный порошок для борьбы с целиакией. Однако порошок иногда давали вместе с хлебом и мармеладом. Дике заметил, что когда порошок давали вместе с хлебом, появлялись рецидивы. В 1936 году в возрасте 31 года он стал директором детской больницы Юлианы, и в том же году он приступил к длительному наблюдению за ребёнком с целиакией. Находясь в больнице, мальчик употреблял пищу без пшеницы. Но, когда он вернулся домой, вопреки рекомендациям Дике, родители мальчика вновь стали давать ему обычную пищу. Тогда Дике сопоставил картины роста мальчика во время пребывания дома и в больнице.

Надвигалась война. В 1940 году Германия оккупировала Нидерланды, и следующие несколько лет были тяжёлым временем. Нацистские оккупанты убивали бойцов сопротивления и гражданских лиц, а также депортировали большую часть еврейского населения страны в концентрационные лагеря. Тем временем Дике проверял свою теорию. Через несколько месяцев после начала нацистской оккупации он выступил с речью перед голландским обществом педиатрии. В ней он заметил, что банановая диета по методу доктора Хааса действительно помогает в лечении целиакии, но в военное время бананы в Нидерландах были недоступны, вся страна находилась на жёстком пайке. Дике предложил следующую альтернативу: абсолютно никакого хлеба, иногда печенье и «сладкая или кислая каша», в которой нет пшеничной муки.

Есть один человек, который лучше других помнит Дике в то время: это его сын, гематолог и онколог Карел А. Дике, живущий сейчас в Техасе. Дике описывает своего отца как волевого человека со спокойным лицом и говорит, что его отец боролся с оккупантами. (Он также описывает и свою мать, которая присоединилась к голландскому сопротивлению и переправляла информацию о минных полях и обороне Германии в Лондон.) Когда Карел был маленьким ребёнком, его отца арестовали за то, что он укрывал в подвале больницы раненых пилотов союзников. «Его предали, и немцы отвезли его в тюрьму», – говорит Карел. Его не расстреляли только потому, что городу нужны были врачи, особенно педиатры.

1944 год был началом конца войны. В сентябре правительство Голландии в изгнании призвало к забастовке железнодорожников, которая должна была помешать передвижениям немецких войск. Освобождение казалось настолько близким, что 65000 голландских коллаборационистов сбежали в Германию. В отместку Германия перекрыла поставки в западные Нидерланды. Еда быстро заканчивалась, и вскоре голландцы получали крошечное количество хлеба и немного картофеля и сахарной свеклы. «Не было ничего важнее еды, – писал выживший журналист Анри А. Ван-дер-Зее. – Я помню, что утром вставал, думая о еде, целый день мы говорили о еде, я ложился спать голодным и мечтал о еде».

Пока союзники постепенно освобождали южные районы Нидерландов, запад страны оставался под жёстким контролем нацистов. Подступы к больнице напоминали «минное поле», вспоминает Карел. Пробравшаяся в больницу жена Дике позже поведала, что её муж заказал луковицы тюльпанов, чтобы было чем кормить пациентов. Это было рискованно: луковицы тюльпанов почти не имеют питательной ценности, и они содержат гликозид, который может быть ядовитым. Но у многих голландцев не было выбора, и на протяжении войны было съедено 140 миллионов луковиц. «Позвольте мне сказать вам, – говорит Карел, – что лучше иметь тюльпаны на заднем дворе, чем их есть».

Однако, к удивлению Дикки, произошло чудо. «Дети (с целиакией) пострадали от нехватки пищи меньше, чем от пшеничных продуктов», – сообщил он. Карел вспоминает, что в то время, когда другие дети страдали из-за отсутствия хлеба, больные целиакией шли на поправку. Когда же им дали сухари, то они снова заболели. «Разница была очевидной, – говорит Карел. – Во время дефицита продовольствия в Нидерландах смертность среди детей с целиакией снизилась с 35 процентов до почти нулевого уровня».

29 апреля 1945 года войска союзников начали сбрасывать с самолётов продукты голодным голландским гражданам. Освобождение Нидерландов, возглавляемое канадскими войсками, было завершено 5 мая. «На нас посыпался дождь не из бомб, а из хлеба», – вспоминает Карел. Он и его брат были в восторге. Первым американцем, которого Карел увидел в Гааге, был чернокожий солдат (это был первый чернокожий, которого он когда-либо видел). Солдат пронёс его на плечах через знаменитый город. «Его звали Джон, – говорит Карел. – Возможно, это длилось всего лишь 15-минут, но я никогда этого не забуду».

Хотя за время войны вся семья вынесла множество трудностей, она поправлялись. «Мы все выжили, поэтому мы считали, что нам повезло», – говорит Карел. Но дети снова начали страдать от целиакии. Дике, которого современники считали очень энергичным учёным, приступил к пятилетним исследованиям, чтобы доказать и зафиксировать то, что он наблюдал во время войны. В 1948 году, используя пять испытуемых, Дике предоставлял им различные злаки, а затем тщательно замерял вес пациентов и изучалих фекалии на содержание жиров. В 1950 году Дике опубликовал свои выводы о том, что пшеничная и ржаная мука усугубляют целиакию. Важно отметить, что он также давал детям пшеничный крахмал и не заметил никакого вредного воздействия, что опровергало теорию о том, что причиной могли быть сложные углеводы. Позже он с помощью других коллег определил клейковину как окончательного виновника.

Почти сразу, как пишет Эмили К. Абель в своей статье «Взлёт и падение целиакии в Соединённых Штатах», врачи проверили выводы Дике, и безглютеновые продукты стали стандартным методом лечения целиакии в Европе и Австралии. Однако в Соединённых Штатах признание шло гораздо медленнее, из-за влияния Хааса, который не признал открытие Дике, нормой оставалось лечение бананами. Во время визита в Америку в 1947 году Дике рассказал врачам о своей теории. «Никто не поверил ему», – сказал позже коллега. Многие случаи целиакии в США по-прежнему оставались недиагностированными.

Голландское общество гастроэнтерологов учредило награду за выдающиеся работы в этой области, и первая награда была присуждена Дике. Но он удостоился ещё большей чести: его выдвинули на получение Нобелевской премии в области медицины. Комитет принял решение присудить её Дике в 1962 году, но всего через неделю после принятия решения Дике скончался в возрасте 57 лет. К сожалению, Нобелевские премии не присуждаются посмертно.

Но Дике был скромным человеком, и Карел говорит, что он не мечтал о наградах. Дике знал, что страдает тяжёлой формой цереброваскулярной болезни мозга, и на него давило это знание. Карел вспоминает, что его отец отмахнулся от сообщения о награде как от несущественной детали. Гораздо большее удовлетворение, говорит Карел, ему бы принесло сообщение о том, что сегодня миллионы людей с целиакией живут вполне благополучно. Карел говорит, что жизнь его отца можно описать несколькими фразами: «Для детей. Для больницы. Для медицины. Для Голландии. И для нас как для его семьи».

источник

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники