Колумб земли Российской

Оригинал взят у stariy_voin в Колумб земли Российской

С незапямятных времен русские бывали и жили в Сибири, осваивая этот прекрасный и суровый край... Предприимчивые новгородцы еще в XI веке имели торговые отношения с Югрой (низовьем Оби) через северную часть Уральского хребта. В середине XIII века Югра уже считалась одной из новгородских волостей, с падением же Великого Новгорода его протекторат по отношению к Югре перешел к Москве, и в 1488 году Иван III уже именовал себя «князем югорским».
История Сибири и административного присоединения ее к России тесно связаны с историей казачества; говорить о Сибири, не говоря о казачестве, совершенно невозможно.

Казачий атаман Ермак Тимофеевич «со товарищи» — казаками —положил начало и военной славе сибиряков, когда в 1581 году он перешагнул Каменный Пояс — седой Урал и двинулся на Восток, в Сибирь, присоединяя ее к Государству Российскому. Он, его дружинники и их потомки были первыми служивыми людьми России в Сибири.


Ермак Тимофеевич, покоритель Сибири. Лубок XIX века.

Личность Ермака Тимофеевича, его великий подвиг во имя России всегда вызывали огромный интерес и уважение, жили и живут в памяти народной, с его образом народная поэзия связывает черты мужественного человека, в котором сочетаются удаль, широта натуры и тяга к открытиям новых, неизведанных земель.

...Могучий суровый воин, «объятый думой», стоит на «диком бреге Иртыша». Тяжелая кольчуга, круглое зерцало с двуглавым золотым орлом, боевой топор в налитой силой руке — таким предстает пред нами бессмертный Ермак Тимофеевич, легендарный первооткрыватель Сибири, огромной, богатой и неизвестной миру.


Ермак Тимофеевич

Историк Н. М. Карамзин дает внешний облик этого великого человека: «Он был благороден, сановит, росту среднего, крепок мышцами, широк плечами; имел лицо плоское, но приятное, бороду черную, волосы темные, кудрявые, глаза светлые, быстрые, зерцало души пылкой, сильной, ума проницательного».
«Ремезовская летопись, — отмечает известный исследователь Сибири Г. Ф. Миллер, — отважного Ермака ставит в ряд с величайшими героями. Она хвалит его проницательный ум и отменное благоразумие, благодаря которым он во всех случаях умел находить быстрое и превосходное решение. Летопись говорит также об его храбрости, в которой, конечно, никак нельзя усомниться»...
Историк А. Нечволодов дает такую характеристику Ермаку Тимофеевичу: «...Это был настоящий русский богатырь, отважный и решительный, предприимчивый и умный, отлично знающий людей и закаленный как в борьбе с суровой природой, так и со всеми житейскими невзгодами. Ермак, кроме того, отличался замечательным красноречием и умел вовремя сказанным словом, исходившим из глубины его исполинской души, побуждать своих смелых соратников на беспримерные подвиги».
Долгий и нелегкий путь прошел Ермак, прежде чем стать атаманом. Только закаленного в боях воина, искушенного в политике человека, обладавшего большим личным мужеством и умением повести за собой людей, избирали казаки предводителем своим.
Человек такого масштаба, обладающий выдающимся организаторским, дипломатическим и военным талантом, сформировался не сразу.
Донской казак, он с юных лет знал военное дело, десятилетиями постигал ратную науку, участвуя во всех войнах, которые в то время вела Россия.
Предания повествуют, что во время осады Казани Ермак Тимофеевич проник в осажденный город, осмотрел крепость и, возвратившись, указал места, наиболее выгодные для взрыва стен.
В 60-е годы XVI в. во главе тысячного отряда Ермак участвовал в войне Москвы с Ливонией, его имя упоминается в «Дневнике» польского короля Стефана Батория среди имен российских воевод, осаждавших Могилев. Будучи человеком выдающегося ума и характера, он хорошо понимал значение военной выучки, дисциплины, высокого морального духа в борьбе с врагом, владел передовой для своего времени стратегией и тактикой.
«Сказания о Русской Земле» были одобрены и рекомендованы главнокомандующим войсками гвардии и Петербургского военного округа и командующими войсками всех остальных военных округов (в том числе и командующим войсками Омского военного округа) для выписки во все полковые, ротные, эскадронные, сотенные, батарейные и другие библиотеки.
Ермак и казаки весьма серьезно подготовились к походу в Сибирь, и в 1581 году, 1 сентября, хорошо организованная, боеспособная дружина, насчитывавшая менее тысячи человек, отслужив молебен, двинулась в путь. Воины небольшого отряда умело владели оружием, обладали немалым боевым опытом и, уже не раз проявившие в боях мужество, решимость и находчивость, были руководимы человеком удивительной доблести, отваги и энергии. Слово Божие в отряде несло духовенство — три священника и монах. Г. Ф. Миллер пишет: «Над этой небольшой армией Ермак считался как бы генералом».
В военно-административном отношении сподвижники Ермака были поделены на сотни, или атаманства во главе с атаманами, при особых знаменах, полусотни с пятидесятниками и десятниками.
Отряд был хорошо вооружен: три пушки, триста пищалей, дробовые ружья, стрелявшие «невидимыми стрелами». Но и армия Кучума (около 10 тысяч человек), представляла тоже серьезную силу, а многие его храбрые воины уже имели опыт сражений против войска, вооруженного огнестрельным оружием.
После ряда побед над войсками Сибирского ханства отряд Ермака в решительном сражении на берегу реки Иртыш разбил главные силы Кучума, и 26 октября 1582 года, через четырнадцать месяцев после выступления, казаки заняли столицу Сибирского ханства — Кашлык (Искер).

Каждая победа, одержанная Ермаком, — это прежде всего верно выбранная тактика, четко продуманный боевой порядок. Отважный рукопашный бой, меткая стрельба, прочная, опирающаяся на «городища» и остроги оборона, высокая по тем временам маневренность дружины, использование особенностей местности, тактики взаимодействия флотилии гребных судов с казачьими отрядами, высаживающимися на берег, использование каре для борьбы с многочисленной конницей противника — это все черты русского военного искусства XVI — XVII веков. Высокая боеспособность отряда Ермака обеспечивалась также крепкою боевою спаянностью и взаимной выручкой воинов.


Фото: Карта походов Ермака.

Строгановская летопись справедливо говорит: «Не дали храбрецы ни в чем себе покоя: ни уму своему от помыслов отдохнуть, ни сердцу своему потерять мужество, ни очам своим пребывать в бездействии, ни рукам успокоиться, ни ногам своим немного отдохнуть от похода! Так что всякое те храбрые воины претерпели! Не обратились в бегство от большого числа летящих стрел и ударов копий, не посетовали, и не опечалились, и не зароптали, но только на Господа Бога уповали и пречистую его Богоматерь, а всех святых на помощь себе призывали...».


Последнее сражение Ермака. Рисунок из «Истории Сибирской» С. У. Ремезова.

Ермак оказался не только храбрым воином, полководцем, но и «умным, дальновидным устроителем, так умело держа себя с покоренными племенами, что те полюбили его и всеми силами поддерживали» (166, г XXIXa, с. 798). Местные жители, привыкшие к непрестанным междоусобицам и постоянной подозрительности, всегда ожидавшие от незнакомых людей самого худшего, сразу же почувствовали, что русские никого не дают в обиду. Смирившиеся с деспотизмом и гнетом Кучума, они теперь убеждались, что на доверие пришельцы отвечают доверием, что власть их держится не только на сиде, но и на уважении к их воинам и шаманам, женщинам и детям, что к их богам чужеземцы относятся без неприязни, снисходительно, не велят уничтожать идолов, не высмеивают их веру, не насаждают насильно веру свою.
Большинство исследователей отмечает, что термин «завоевание Сибири», по существу, неверен, так как в основном присоединение ее шло мирным путем, колонизация, за редким исключением, не встречала упорного сопротивления. Аборигены не вытеснялись со своих земель и не истреблялись, как, например, это произошло с индейцами в Америке. Напротив, местные жители получили хороший стимул для того, чтобы усвоить более высокую материальную и духовную культуру, которую несли с собой русские люди. Народы, страдавшие раньше от непрерывных набегов с юга, подвергавшиеся постоянным унижениям, страдавшие от деспотизма ханов, теперь обрели в лице русского воина надежного защитника, помогали ему осваивать просторы Сибири.
Укрепляя в Сибири русскую власть, Ермак Тимофеевич старался показать перед местными «инородцами» не только воинскую мощь русских, но и, так сказать, культурное их превосходство. По крайней мере не подлежит сомнению, что, покоряя этих «инородцев», он тотчас же старался вселить в них уверенность в том, что в лице русских они встречают властителей не только сильных и справедливых, но и способных поддержать всякие их труды и начинания в области хозяйства, ремесел и торговли. Быстро освоившись с ролью царского служилого человека, облеченного (или, лучше сказать, облекшего себя) властью как бы воеводы, Ермак, с удивительным для человека его первоначальной профессии административным тактом, вел устройство занятой русскими территории.

Авторитет и главенство Ермака признавались в Сибири и дружине даже с приходом царских войск, подчиненных лицу с княжеским титулом и боярским званием, — отмечает известный историк Сибирского казачьего войска Г. Е. Катанаев.


Б. Чориков. Гибель Ермака.

Славное дело, начатое Ермаком, не погибло с его смертью (1585 г.): его прославленная дружина, верная заветам своего атамана, продолжала и без него вести это дело, медленным, но твердым шагом продвигаясь вглубь страны. С гибелью Кучума (1601 г.) Сибирское ханство окончательно прекратило свое существование. Правительство, следя за успехами в Сибири дружины Ермака и его последователей, высылало к ним на помощь отряды из разного рода ратных людей, которые впоследствии послужили основой для зарождающегося Сибирского казачьего войска.
Десятки русских землепроходцев, исследовавших вслед за Ермаком неведомые миру необъятные сибирские просторы, во многом походили на атамана — и бесстрашием, и духом своим неукротимым, и желанием послужить Отечеству, открыть новые пути.
Опыт Ермака, умевшего ладить с местными племенами, человека справедливого и доброжелательного, мужественного воина, замечательного патриота своей родины, Колумба земли Российской, положившего начало великим географическим открытиям русских на Востоке, пригодился другим первооткрывателям.

Российские воины, двигаясь от Каменного пояса к Великому океану, приобретали в Сибири особые качества сибирского характера, не раз подтверждавшиеся в последующие столетия в мирное и военное время и ставшие хорошо известными всему миру.


К. Лебедев. Поход Ермака.

«Первопроходцам Сибирй и их потомкам пришлось жить в стране пустынной, с суровым климатом, покрытой густой непроходимою тайгою, труднодоступными горами, изборожденной широкими и опасными реками... Естественно, что все это... выработало в них предприимчивость, наблюдательность, практичность; незнакомство с крепостным правом укрепило в них самостоятельность и стремление к равенству; соседство и знакомство с инородцами передало им многие приемы борьбы с природой и привило им спокойное и терпимое отношение к чужой вере и чужому племени, но вместе с тем способность подмечать смешные стороны в людях и вообще насмешливый склад ума... Та же самая суровая природа заставила сибиряка стремиться к знанию, уважать его и сведущих людей».
Видный ученый, историк, выпускник Сибирского кадетского корпуса, исследователь Сибирского казачьего войска генерал-лейтенант Г. Е. Катанаев отмечал: «...первым завоевателям громадной страны приходилось бороться не столько с людьми, сколько с необъятными пространствами и суровою природою Сибири с ее страшными морозами, буранами, сугробами снега, громадными реками и речками, беспредельными степями, непроходимыми лесами, урманами и всякою бездорожицею... Приходилось одним и тем же людям действовать в погоне за быстроходным, разбросанным на громадном пространстве неприятелем — «и пеше, и конно, и лыжно, и стружно».
В грозовой обстановке, в постоянной борьбе с окружающей суровой и дикой природой люди закалялись в перенесении трудов, лишений и страданий, из них выковывались железные характеры. Неустрашимость, решительность, находчивость, смелая предприимчивость становились отличительными свойствами передовых бойцов русской цивилизации на азиатском востоке.
Присоединение Сибири к России — великий подвиг русского и всех народов, живших в России в XVI — первой половине XVII веков. Обследование огромных пространств северо-востока от Уральского хребта до побережья Ледовитого и Тихого океанов служивыми людьми России имело огромное значение и в истории географических открытий, обогативших мировую науку.

Атаман Ермак Тимофеевич приобрел после смерти огромную популярность. Народ прославил его в своих песнях и сказаниях, отдав должное его мужеству, преданности товарищам, воинской доблести. «...Величая доблесть его не только в летописаниях, но и святых храмах, где мы еще и ныне торжественно молимся за него и за дружину храбрых, которые вместе с ним пали на берегах Иртыша. Там имя сего витязя живет и в названиях мест и в преданиях изустных»....


Василий Иванович Суриков, Покорение Сибири Ермаком.

В Тобольске в 1839 году Ермаку был открыт памятник. Облик великого первопроходца Сибири, бесстрашного атамана предстает перед нами в памятнике М. О. Микешина «Тысячелетие России» в Новгороде (1862), скульптурах М. М. Антокольского (1891) в Русском музее, В. А. Беклемишева (1904) в Новочеркасске, на картине В. И. Сурикова «Покорение Сибири Ермаком» (1895) в Русском музее и в других произведениях. В 1882 году по случаю 300-летия присоединения Сибири 1-й Сибирский казачий полк был назван «полком Ермака Тимофеевича». Его именем назван первый в мире ледокол (1899), способный пробивать тяжелые льды, совершивший первое плавание в Арктику под командованием прославленного флотоводца адмирала С. О. Макарова. Знаменитый корабль участвовал затем в снятии со льдины экипажа станции «Северный полюс-1» во главе с И. Д. Папаниным (1938), обеспечивал в годы Великой Отечественной войны проводку судов через льды на Балтике...
Не были забыты и имена героев дружины Ермака, «за победы заслуживших благословение Отчизны». Через тридцать шесть лет после его гибели первый сибирский митрополит Киприан собрал в Тобольске старых казаков, сподвижников Ермака, расспрашивая их «как они приидоша в Сибирь и где с погаными были бои и ково где убили погании на драке». Имена погибших ермаковцев были занесены в Синодик, и как христианским подвижникам, митрополит повелел в неделю православия в соборной церкви в Тобольске «кликати им с протчими пострадавшими за православие вечную память». «Россия, История и Церковь гласят Ермаку вечную память!..».
Как величайшую святыню хранили потомки казаков-ермаковцев в Березовской церкви хоругвь с двусторонним изображением святого Дмитрия Солунского и Михаила Архангела. Затем хоругвь под именем «Ермакова знамени» хранилась в Омске, в Войсковом Никольском соборе Сибирского казачьего войска. В 1919 году знамя было изъято из храма атаманом Б. В. Анненковым, и следы его потерялись в вихре гражданской войны...

За именем Ермака длинной вереницей следуют имена казаков-первопроходцев: В. Пояркова, Е. Хабарова, П. Бекетова, М. Стадухина, С. Дежнева, В. Атласова и многих других.

Источник:
Фабрика Ю. А. Сибирский щит (становление сибирского воинства и военные деятели Сибири). Новосибирск. - Государственное предприятие «Новосибирский полиграфический комбинат». 2001 — 252 с.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники