Меры воспитательного характера в СС.

Оригинал взят у oper_1974 в Меры воспитательного характера в СС.

       "Однажды в октябре 1943 года объявляют, что на следующий день, на рассвете, один из наших товарищей, Де Вильд, будет расстрелян. Я с ним незнаком, но мы узнаем, что он дважды дезертировал и что во время второй попытки избавился от своего оружия - по причинам, нам неизвестным, но о которых немецкий полевой суд должен знать.
Вдобавок ко всему его признали виновным в многочисленных нарушениях дисциплины - более или менее серьезных. По совокупности всех этих деяний и в основном по второму случаю дезертирства его приговорили к высшей мере наказания.

14731293_1244431282244660_1970268988531554065_n.jpg

Думаю, никто не рад вынесенному приговору, но, по-моему, все понимают его справедливость. Поведение Де Вильда недостойно добровольца, особенно в военное время.
Такой приговор мог бы быть вынесен в любой армии мира и не дожидаясь второй попытки дезертирства, даже по отношению к мобилизованному. Однако необходимо отметить, что во время исполнения приговора он вел себя более чем достойно.
На восходе того дня, когда дежурный уньер-офицер поднял нас, во всем явно чувствовалось возбуждение. С другой стороны, мало кто разговаривал.
Все происходило в гнетущей тишине. Ни улыбок, ни обычных шуток. Мы все были глубоко подавлены. Если бы, например, нам не приказали присутствовать на казни, то никто бы на нее и не пошел.
День только начался, когда роты уже выстроились, как обычно, перед своими казармами. Подразделения в тишине выдвигались к месту казни, однако звук шагов марширующих солдат раздавался по этим утренним дорожкам громче обычного.

tumblr_npa1a8GwER1u7u9k3o1_500.png

Мы проходим мимо зданий конюшен и гаражей с техникой, в сторону стрельбища; когда мы выходим на плац между стрельбищами, задержавшийся осенний туман рассеивается под первыми лучами солнца.
В дальнем конце плаца установлен столб, который привлекает все наше внимание. Все взгляды прикованы к этому столбу, вкопанному напротив пихт, растущих на дальнем конце равнины.
Мы не видим больше ничего! И если бы не его печальное предназначение, на столб никто не обратил бы внимания. Легкий холодок пробежал по спинам отважных воинов, привыкших больше к боям, чем к казням. Абсолютная, благоговейная тишина, и только сухие слова команд нарушают ее. Они звучат словно пощечины.

16508616_1365865083434612_3782000116581801797_n.jpg

Прибыв на место, роты выстраиваются по трем сторонам большого плаца, где почти 2 тысячи человек собрались, чтобы посмотреть, как умирает один из них, тот, кто оказался не в состоянии выдержать службу.
Уже взошло солнце, но такое бледное, что не может прогреть ледяной воздух раннего утра. Что заставляет этих суровых мужчин поеживаться - утренний холод или эмоции?
Для принесения искупительной жертвы все готово. Мы слышим отдаленный звук быстро приближающегося мотора. Подъезжает крытый брезентом грузовик, который останавливается чуть правее нас. Из него выбираются несколько человек, конвоирующих приговоренного, он в полотняной рабочей форме и без головного убора.

11811472_966116766742781_3685936830798224576_n.jpg

С него снимают китель, и он приближается к столбу, грудь нараспашку. К нему подходит капеллан и говорит с ним. Де Вильд отлично держит себя в руках, лицо его бледно, но без малейших признаков страха!
Солдаты в строю бледны не меньше, чем он. Его привязывают к столбу и предлагают повязку на глаза, от которой он решительно отказывается.
В это время расстрельная команда занимает позицию. Солдаты, выбранные для приведения приговора в исполнение, обладают репутацией неисправимых упрямцев и самых недисциплинированных солдат 2-й роты. Среди них двое итальянцев, которых я встречал на гауптвахте в Регенвюрмлагере.

nemci_na_bogosluzjenii_1941_color.5sht468pjyos8owcw008ssw4s.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg

Расстрельной командой руководит командир этой роты, капитан. Де Вильд просит позволить ему обратиться к своим товарищам, но ему отказывают.
Мы видим, как он выплевывает предложенную ему сигарету и, пока расстрельная команда берет оружие на изготовку, кричит твердым зычным голосом: "Товарищи, цельтесь в сердце, да здравствует легион, да здравствуют легионеры!"
В этот самый момент раздается залп, и я вижу, как его тело замирает и вздрагивает от попавших в него пуль, перед тем как повиснуть на веревках, которыми он был привязан.
Подходит старшина наряда и разрезает путы. Тело тут же падает лицом вперед, и офицер, командовавший расстрельной командой, производит coup de grace - последний выстрел.
От этого выстрела тело вздрагивает в последних конвульсиях, и военный доктор склоняется над ним, дабы засвидетельствовать смерть.

uniquelyfact.blogspot.com (9).jpg

Все закончено, и вот тебе на, мой сосед справа валится назад, и никто не успевает подхватить его. Он распластался на земле, его лицо побледнело.
Д. не смог выдержать испытания и потерял сознание. Кто-то расстегивает его воротник, чтобы освободить горло. Его хлещут по щекам, и Д. оживает.
Немного погодя ротный санитар отводит его в казарму, тогда как роты делают поворот направо и, перед тем как тоже вернуться в казармы, строем проходят мимо тела.
Сегодняшний день ничем не отличается от других, но атмосфера совершенно другая. Некоторые явно избегают разговоров об утренних событиях, тогда как другие, напротив, обсуждают их. Таким образом мы узнаем многое из того, чего не знали утром, о последних моментах жизни приговоренного к смерти.

503076-89ab892c846106399dee7c12aa6a6676.jpg

Был вечер предыдущего дня, когда Де Вильду сообщили о предстоящей казни. Никакой негативной реакции от него не последовало. Напротив, он явно обрадовался!
Можно сказать, что те, кто находились рядом с ним в последнюю ночь, выглядели более подавленными, чем он. Что мне точно известно, так это то, как он вел себя, забираясь в грузовик, который должен был отвезти его к месту казни и который также вез его гроб, прикрытый брезентом.
Де Вильд откинул брезент и улегся в гроб проверить, подходит ли он ему, и потом сказал, что он ему впору. Затем поднялся на ноги во весь рост, держась руками за стенки автомобильного тента. И не переставал шутить.
Нам рассказывали кое-что еще, что остается неподтвержденным: якобы "они" оставили дверь гауптвахты открытой на всю ночь, чтобы Де Вильд мог бежать, а он не воспользовался такой возможностью!
Никто не смог подтвердить или опровергнуть эту гипотезу, но я сильно сомневаюсь насчет ее. В любом случае это печальное событие отошло на задний план вместе с течением дней и удвоением активности по подготовке нас к 10 ноября.
Уже пару дней нам известно о предстоящей отправке на фронт." - из воспоминаний пехотинца добровольческой штурмовой бригады СС "Валлония" Ф.Кайзергрубера.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники