Метания мадьяр. 1944 г.

Оригинал взят у oper_1974 в Метания мадьяр. 1944 г.

END KAMPF ANDER DONAU 1944-1945

Поспешно мобилизованная в течение лета 1944 года венгерская армия как военный фактор теряла свое значение изо дня в день. Наряду с недостаточным и устаревшим вооружением и снаряжением ее боевой дух на венгерской земле был совершенно другим, чем тот, на который рассчитывали немцы.
Для гонведа, простого солдата-ополченца, то, что происходило в его стране с начала сентября, представляло собой отнюдь не "отечественную войну" в смысле оборонительной войны народа, но исключительно военное столкновение между немцами и русскими, разыгрывающееся, к несчастью, на венгерской земле.
Таким образом, когда война дошла до Венгрии и боевые действия стали происходить в пределах границ страны, то очень скоро большей частью населения овладели пораженческие настроения.

8290_1531272180519719_6430924650740044690_n.jpg

Пожалуй, венгры испытывали страх перед приближающейся Красной армией, но страх этот все же был не настолько велик, чтобы люди стали повиноваться приказам об эвакуации, отданным властями.
"Венгрия в течение восьми дней подпишет мир с Англией. Поэтому не стоит женщинам с детьми лететь в Ноймаркт (Марош-Вашаргели), пусть лучше остаются на месте!"
Этот распущенный по Венгрии слух из Трансильвании, предположительно через обергруппенфюрера СС Флепса, дошел до командования армии, которое передало его генерал-полковнику Фриснеру.
Германский командующий отнесся к нему весьма серьезно, поскольку в последние недели сентября ему постоянно приходили подобные сообщения.
Дабы не оказаться еще раз в ситуации "румынской катастрофы" теперь уже на венгерской земле, он принял меры в тылу своих войск, направленные на то, чтобы в случае какого-либо неожиданного поворота событий в Будапеште иметь возможность маневра.

10264311_1531274757186128_1104130209373281198_n.jpg

Ни политическое, ни военное руководство не смогло укрепить свои надежды после прихода Салаши к власти. Штурмбаннфюрер СС Вильгельм Хёттль метко сформулировал это, когда он без обиняков написал:
"События в Венгрии после 15 октября дали право любому германскому или венгерскому учреждению, ввиду стесненной ситуации в стране, воздерживаться от каких-либо действий, чреватых возможностью внутреннего хаоса.
Боевой дух венгерских войск ничуть не улучшился, но стал даже хуже прежнего: многие выдающиеся офицеры не считали для себя возможным продолжать сражаться под началом нового Верховного главнокомандующего.
В Будапеште и по всей стране бесчинствовали "Скрещенные стрелы", к которым, как обычно в подобных ситуациях, естественным образом примыкала всякая чернь, воскуряя при этом фимиам захватившим власть посреди тяжелейших эксцессов; и правящий режим был озабочен еще и тем, чтобы отмежеваться от этой самой черни, не затронув при этом "Скрещенные стрелы".

12565581_1547347462245524_6749717407105254664_n.jpg

Еще хуже обстояли дела на фронте, где приданные германским корпусам и армиям венгерские части были совершенно ошеломлены сменой режима в Будапеште.
Из трех венгерских командующих армиями лишь один, сам немец по происхождению, генерал-полковник Хесленьи, хранил верность новому режиму. Генерал-полковник Миклош, командующий стоявшей в Карпатах венгерской 1-й армией, тщетно ожидал оговоренной кодовой телеграммы из Будапешта.
Она так никогда и не поступила из-за уже упоминавшегося предательства в Генеральном штабе. Когда же генерал-полковник решился действовать на свой страх и риск, немцы лишили его связи с подчиненными, приступили к ликвидации немецкого штаба связи и приняли другие контрмеры.

16195872_1111601942302930_845056277203214699_n.jpg

16 октября генерал-полковник Готхард Хейнрици, командующий германской 1-й танковой армией, вызвал Миклоша к себе "для уточнения положения".
Генерал-полковник Миклош, видя, что находится в невыгодном положении (его штаб-квартира была крайне плохо защищена с тыла, а из Будапешта он по радио узнал об успешном захвате власти Салаши), и не будучи уверен в настрое большинства своих офицеров против немцев, не имел широкого выбора.
Он решил для себя, что будет лучше следовать линии бывшего регента королевства и перейти на сторону русских. В сопровождении двух своих офицеров вечером 16 октября он перешел линию фронта и сдался Красной армии.
Русские дружески приняли явившегося к ним без войск командующего армией, доставили его в штаб 4-го Украинского фронта к генералу армии Петрову и даже позволили обратиться с воззванием к его оставшейся за линией германского фронта армии.
Генерал-полковника заверили, что в случае массового дезертирства, что означало переход на сторону Красной армии целых частей и подразделений венгров, имеется возможность сформировать под его командованием венгерскую освободительную армию.
Ее офицерским корпусом стали бы верные Хорти офицеры в смысле воззвания регента королевства от 15 октября об очистке страны от сторонников Салаши и немцев.

12573827_1548551182125152_773665046477945954_n.jpg

Но страх гонведов перед неизвестным будущим под властью русских был столь силен, что ни одно венгерское подразделение не решилось перейти на другую сторону фронта.
Да и немцы осознали всю серьезность положения: в течение 48 часов они заменили Миклоша на преданного им венгерского генерал-полковника Дезё Ласло, взявшего на себя заботы о том, чтобы все полки или бригады, которые могли бы состоять в заговоре с генералом Миклошем, были отведены с фронта или даже, в случае необходимости, расформированы.
Спустя несколько дней неопределенности новый командующий армией смог стабилизировать положение на этом участке фронта, однако боевой дух и стойкость войск не только не повысились, но после всех этих событий, вполне понятно, в опасной степени снизились.

14670685_1672722643041338_6388533607086696860_n.jpg

Тем временем продолжалась и чистка военного министерства в Будапеште. Доверенный приспешник Салаши, генерал-полковник Карой Берегфи (12 марта 1946 г. был повешен вместе с Салаши и Йожефом Герой), возглавил военное ведомство уже 16 октября.
В тот самый день, когда его предшественник генерал Чатаи из страха перед арестом гестапо вместе с женой покончил самоубийством.
Берегфи, ставший также новым начальником Генерального штаба, с энтузиазмом принялся заниматься решением тех задач, которые от него ожидались.
Целый ряд генералов и штабных офицеров, которые ранее были уволены из армии вследствие их прогерманских или нацистских взглядов, были возвращены в ее ряды или получили повышение.
Повышение следовало за повышением, которые распространялись также и на фронтовых офицеров. Информационное издание военного министерства опубликовало 13 ноября 1944 года список получивших повышение офицеров, который занял 66 страниц плотного шрифта.

raneniy_vengr_otdih_1942_tkonok.ac9i5935o408o4cwcsw04sc4w.ejcuplo1l0oo0sk8c40s8osc4.th.jpeg

Одновременно с этим все генералы, штабные офицеры и начальники управлений и отделов, слывшие сторонниками Хорти, изгонялись из армии.
Офицеры, которые так или иначе упоминались в заявлении Хорти от 15 октября и своевременно не дистанцировались от регента королевства, были даже арестованы.
Всем остальным военнослужащим 18 октября было приказано принести новую присягу, а именно Ференцу Салаши и "Венгерскому трудовому государству".
Хотя это действо было обязательно также и для войск, переприсяга была осуществлена в полном объеме только военной бюрократией (прежде всего военным министерством).
Усилия Берегфи, которые были направлены не только на реорганизацию военного министерства, но также на помощь и облегчение положения сражающихся войск, успеха практически не достигли.
В записках Фриснера можно прочитать, как в поступающих в его управление донесениях со всех участков фронта отразились свидетельства распада венгерской армии:
"Никакой надежды на союзников больше не оставалось. Офицерский корпус и личный состав армии демонстрировали полное нежелание сражаться. Ни новое венгерское правительство Салаши, ни новый начальник Генерального штаба Берегфи признанием не пользовались...".

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники