Самые интересные случаи из практики Зигмунда Фрейда

4f3a5ce901685e71187fadcf4529d0bfИдеи и теории Зигмунда Фрейда могут выглядеть устаревшими, но нет никаких сомнений в том, что он оказал огромное влияние на развитие психологии и методов психоанализа. Ниже мы рассказываем о самых увлекательных случаях с пациентами Фрейда.

10. Матильда Шлейхер (Mathilde Schleicher)

Матильда Шлейхер была одним из первых пациентов Фрейда, когда он в 1886 году начал свою практику в качестве "нервного доктора".

Её история душераздирающая.

Шлейхер была музыкантом, а серьёзные проблемы у неё начались после того, как её бросил жених. Она всегда была склонна к мигрени, а после того, как она потеряла контроль над своим психическим здоровьем, женщина впала в глубочайшую депрессию.

Её отправили к Фрейду на лечение, и он начал серию гипнотерапии. Всё стартовало в апреле 1886 года. К июню 1889 Матильда вышла из депрессии и была так благодарна за оказанную ей помощь, что подарила Фрейду красивейшую подписанную книгу для записей.

Однако, спустя месяц её депрессия превратилась в манию и бессонницу. Она постоянно говорила о славе и богатстве, которые появятся у неё в результате музыкальной карьеры. Параллельно с этим её регулярно мучали судороги.

Фрейд направил её в частную клинику доктора Вильгельма Светлина (Wilhelm Svetlin), где ей был поставлен не только диагноз, который позже стал известен как маниакальная депрессия или биполярное расстройство, но и выявилось, что она является нимфоманкой, потому как регулярно оголялась и требовала Фрейда.

Согласно другим записям, её проблемы были ещё глубже. Она, судя по всему, полагала, что каждое из её испражнений – это рождение, поэтому она старалась прятать своих "детей" под подушкой.

Следующие семь месяцев женщина провела, употребляя седативные препараты, такие как опиум, морфин, хлоралгидрат и даже коноплю. Постепенно маниакальные эпизоды шли на убыль. В мае 1890 года она вышла из больницы.

Фрейд продолжал лечить её депрессию хлоралгидратом и новым препаратом под названием сульфонал. Однако, в сентябре того же года она умерла. Никто не заметил, пока не стало слишком поздно, что в её моче было очень много крови. Это говорило о поражении печени, вызванном употреблением лекарственных препаратов.

9. Маленький Ганс

Фрейд работал с пятилетним мальчиком, которого он называл "Маленький Ганс". Малыша привёл к нему отец. Отец хотел, чтобы Фрейд помог Гансу справиться с его страхом лошадей. Малышу было всего лишь пять лет, и у него не было опыта общения с лошадьми, поэтому неудивительно, что он их боялся.

Они были большими и ужасали его. Особенно его приводили в ужас лошади, которые тянули повозки, в немалой степени из-за того, что он был свидетелем аварии с участием одной из таких тележек.

Тогда лошадь была вынуждена тянуть повозку, перегруженную людьми, она не справилась со своей задачей, упала и умерла прямо на глазах мальчика.

Страх мальчика был, прежде всего, обоснован тем, что на его глазах случилась трагическая смерть животного. Однако, Фрейд конечно же нашёл и другие объяснения. Он говорил, что Ганс особенно боялся лошадей с чёрными мордами, якобы они напоминали ему усы отца.

Ему не нравились лошади, которые носили шоры. Фрейд трактовал это как связь с очками отца.

В конце концов, Фрейд диагностировал страх маленького мальчика как особенность его Эдипова комплекса. Лошадь представляла его отца из-за сравнения усы-очки. Маленький Ганс, по словам Фрейда, развил в себе сильную, сексуально окрашенную любовь к своей матери и смотрел на отца как на соперника, отнимающего её любовь и внимание.

Его отец, конечно, казался ему больше и сильнее, чем он был на самом деле. Это и привело к развитию страха не только в отношении отца, но и в адрес лошадей.

Поскольку большая часть терапии с Гансом проводилась при участии его отца в качестве посредника, Фрейд решил, что страх лошадей никуда не уйдёт в ближайшее время, потому как терапия зависит от того, кого он боится.

После того, как Фрейд близко побеседовал с мальчиком, он сообщил, что все его опасения верны, и у Ганса действительно развивается Эдипов комплекс.

Однако, не стоит переживать за малыша. Фрейд наблюдал за ним вплоть до 19 лет. Мальчик не только вырос абсолютно нормальным, он даже не мог вспомнить о страхах, мучавших его в пять лет.

8. Берта Паппенхайм или Анна О (Bertha Pappenheim)

В течение многих лет об этой пациентке доктора Джозефа Брейера (Josef Breuer) и Фрейда говорили как об Анне О в целях скрыть её настоящее имя – Берта Паппенхайм. Женщина начала лечение у Брейера, когда у неё на фоне болезни отца развилась странная истерия.

Ситуация обострилась после того, как отец умер. Она страдала от широкого спектра симптомов, включая перепады настроения, галлюцинации, нервный кашель, частичный паралич. Порой она забывала, как говорить на своём родном немецком языке, и была в состоянии только говорить и читать на английском и французском.

Брейер провёл с ней сотни часов, пытаясь с помощью бесед докопаться до корней её проблемы. Сначала она разговаривала исключительно "сказками", сочиняя рассказы о том, что она думает или чувствует по тому или иному вопросу.

Постепенно врач смог ввести её в состояние гипноза, чтобы всё-таки выяснить её проблемы, "разговорить" женщину. Таким образом, он создал основу метода терапии, которая сегодня нам довольно хороша известна.

Однако, наличие у неё психического заболевания всегда подвергалось сомнению, и выражалось мнение, что она просто хотела завоевать внимание терапевта. Фрейд, который был коллегой и близким другом Брейера (Фрейд даже назвал младшую дочь в честь жены Брейера) утверждал, что сексуальный подтекст на лицо.

Фрейд говорил, что проблема Анны О в её сумасшедшем увлечении своим терапевтом. Он был убеждён в этом настолько сильно, что дружбе пришёл внезапный и горький конец.

Фрейд использовал случай Паппенхайм в качестве основы для своей работы по психоаналитической терапии. Одновременно с этим он раскритиковал Брейера в глазах своих студентов, используя этот случай в качестве примера того, что может произойти, когда терапевт игнорирует то, что явно является сексуальными фантазиями.

Психоаналитик утверждал, что горе Берты в связи со смертью отца было, в первую очередь, связано с наличием у неё сексуальных фантазий по отношению к родителю. Вскоре она нашла новую "авторитетную фигуру". Ею стал Брейер.

Брейер, Анна О и Фрейд

Зигмунд рассказывал об одном из эпизодов лечения Берты, о котором ему поведал Брейер. Однажды он застал её в истерическом приступе ложных родов. Она говорила, что была беременна от Брейера.

7. Инъекция Ирмы

Фрейду было сложно ставить диагнозы самому себе, когда речь шла о доказательстве его теорий, однако, одно из его исследований снов основывалось на анализе одного из его собственных сновидений.

Он назвал его "Инъекция Ирмы". Во сне одна из пациенток Зигмунда, Ирма, оказалась у него в гостях. Он заметил, что она выглядит болезненнее, чем обычно, и отругал её за то, что она не слушала его диагнозы и не следует рекомендациям.

Во сне появлялись и другие врачи, которые, посмотрев на Ирму, пришли к такому же диагнозу, что и Фрейд. Психоаналитик отмечает, что во сне он знает причину – источник проблемы – это инъекция, которая была назначена другим врачом, и использование которой сам Фрейд считал безответственным и легкомысленным поступком.

Он говорит о том, что вероятно, даже игла, которой был сделан укол, не была чистой. Сон покопался во всех потаённых ящичках, когда речь зашла о собственных желаниях Фрейда. Он сказал, что главным из его желаний было иметь возможность доказать, что болезнь пришла от кого-то со стороны.

Он обвинял других докторов в том, что неправильно её лечили (с использованием грязных игл), он обвинял пациентку в том, что не соблюдала рекомендации врачей. Фрейд подчеркнул, что вполне доволен своими доводами, и что таким образом снял с себя ответственность за её дальнейшие страдания.

Анализируя размышления Фрейда о своём сне, некоторые высказали мнение о том, что инъекция Ирмы – это на самом деле случай с виной Фрейда перед Эммой Экштейн (Emma Eckstein).

Эмма Экштейн

Эмма была пациенткой Зигмунда. Он выявил у неё истерическую симптоматику, возникшую на фоне детской травмы. У женщины были некоторые патологии носовых раковин, поэтому Фрейд назначил ей операцию, которая прошла крайне неудачно. После неё Эмме потребовались дополнительные хирургические вмешательства, принесшие ей много страданий.

6. Эрнст Ланзер (Ernst Lanzer)

История с Эрнестом Ланзером помогла Фрейду понять, работают ли психоаналитические методы, используемые для лечения истерии, на пациентах, страдающих от других проблем. В случае с Эрнестом, - это были постоянно преследуемые его мысли.

Когда Ланзер пришёл к Фрейду, психоаналитик был поражён огромным ассортиментом навязчивых мыслей. Ланзер боялся за свою жизнь из-за того, что его горло якобы становится всё меньше и меньше. А ещё у него абсолютно парализующий страх относительно того, что что-то случится либо с его отцом, либо с выдуманной им девушкой.

Помимо прочего он жутко боялся крыс после того, как в армии подслушал историю об ужасных пытках с использованием этих грызунов. С тех пор в нем сидит страх, что таким пыткам могут подвергнуть его, отца или вышеупомянутую леди.

Он также рассказал и о пытке, о которой идёт речь. Крыс помещают в ведро, затем на него сажают провинившегося человека, тем самым позволив крысам "проесть" себе путь через анус виноватого. Картина не из приятных.

Одним из первых наблюдений Фрейда было выражение лица Ланзера, который казалось, в какой-то степени был даже вдохновлён идеей о крысах, ищущих себе выход/вход через анус. Мужчине диагностировали наличие Эдипова комплекса.

Этот комплекс и привёл к эмоциональному дисбалансу между любовью, ненавистью и страхом, направленным в разных объёмах на вымышленную даму, отца и крыс. Фрейд также привнёс в психоанализ то, что он считал мощной символикой "анусных крыс". Она включает в себя заботу о чистоте, сравнение между деньгами и экскрементами, а также сравнение крыс с детьми. Последнее связано с детским убеждением в том, что младенцы рождаются через анус.

Фрейду также удалось выяснить, что примерно в пятилетнем возрасте отец Ланзера часто его шлёпал. В то же время няня мальчика позволяла трогать ему своё обнажённое тело. Фрейд полагает, что именно тогда эти две вещи оказались намертво связанными друг с другом в подсознании малыша.

Случай Ланзера уникален тем, что это единственный его пациент, о котором помимо официальных заключений сохранились и тематические заметки Фрейда. Эти записи дали понять, то существуют некоторые вещи, которые он исключал из окончательных заключений. К примеру, Фрейд не поддерживал нейтралитет в отношениях с клиентами, и отправлял им открытки, находясь в отпуске.

5. Ида Бауэр (Ida Bauer)

Проблемы у Иды Бауэр начались задолго до того, как отец привёл её к Фрейду в надежде вылечить истерию дочери. Родители всерьёз взялись за дочь, когда одержимая чистотой мать (которая заболела венерическим заболеванием, подхватив его от мужа) стала причиной срывов семилетней девочки.

Родители лечили её с помощью гидротерапии и электрошока.

Годы спустя Иде сделал предложение друг семьи – отец детей, у которых она была няней. Более того, он был мужем любовниц её отца. Ида отказалась, что впоследствии привело к глубокой депрессии, которая зашла так далеко, что женщина грозилась покончить жизнь самоубийством.

Фрейду, который лечил её отца от венерического заболевания, было предложено помочь также и Иде. Диагноз Фрейда был следующим: Ида страдала не из-за того, что некогда примерный семьянин и друг семьи вдруг проявил к ней подобного рода симпатию, а из-за подавленного лесбийского влечения к жене несостоявшегося любовника.

Её влечение к женщине осложнялось ещё и тем, что она уже была любовницей её отца. Из-за этого отношения у Иды с отцом были натянутыми.

Фрейд расшифровал и сон Иды: дом её семьи горит, и пока отец просто хочет выбраться из него, мать начинает искать сейф с драгоценностями. Зигмунд говорил, что это символизирует неспособность отца защитить её.

Лечение у Фрейда было очень коротким: так захотела сама Ида. Она продолжала бороться с психическими заболеваниями всю оставшуюся часть своей жизни, которая закончилась в 1945 году.

С годами Ида фактически превратилась в свою мать, став такой же сумасшедшей поклонницей чистоты. По иронии судьбы она продолжала поддерживать связь с семьёй, из-за которой всё началось, особенно с любовницей отца, ставшей её любимым партнёром по бриджу.

4. Фанни Мозер (Fanny Moser)

На первый взгляд у Фанни Мозер было всё, о чём человек может только мечтать. У неё был счастливый брак, двое детей, она была наследницей аристократической семьи, а выйдя замуж, породнилась с семьей, славившейся производством изысканных швейцарских часов.

Всего через несколько дней после рождения второй дочери, её муж умер от сердечного приступа, а его сын от предыдущего брака начал распространять слухи, будто Фанни убила своего супруга.

После долгой, скандальной битвы в суде, Фанни очистив своё имя от обвинений, продала часовую компанию Мозеров, отдала большую часть денег на строительство нескольких больниц, но нервная система её дала сбой.

Она ходила от одного врача к другому, принимая всё новые и новые лекарства, но ничего не помогало.

Изначально она консультировалась у Брейера, а во время её лечения в санатории в Вене, Фрейд также принял участие в её спасении. Страдая от тяжёлой депрессии и нервных тиков, она была загипнотизирована Фрейдом, который попытался вытащить из неё все её беспокойства с конечной целью освобождения от них.

Травм было много, начиная от страшной жабы, которую она когда-то увидела, и заканчивая смертью мужа. Её состояние улучшилось, но ненадолго. Менее, чем через год, она вернулась в клинику.

Несмотря на то, что она говорила о своей сильнейшей неприязни к Фрейду (обвиняя его и Брейера в ухудшении её отношений с дочерьми, которые на самом деле становились хуже из-за того, что одна из них хотела стать учёным, а мать не позволяла), она возвращалась к нему снова и снова как пациент.

Рецидивы случались постоянно, несмотря на неоднократные обращения к врачам. Будучи отчуждённой от своей ненавистной младшей дочери и поле того, как ей отказала в помощи старшая дочь, ставшая зоологом, она в итоге обратилась к своему любовнику, который вымогал у неё миллионы.

Женщина умерла в 1925 году. Фрейд написал её дочери, извиняясь за ошибку в диагностике характера их отношений и отчуждения.

3. Хилда Дулитл (Hilda Doolittle)

Хилда Дулитл была писателем и поэтом, и благодаря серии писем, написанных под присмотром Фрейда, и последующей книги, у нас есть полный комплект документации его настоящих методов анализа и терапии.

В 1915 году Дулитл родила мёртвого ребёнка. После этого, в 1918 году она всё-таки родила дочь. Оправившись после родов и продолжительной болезни, она и её подруга Уинифред Эллерман (Winifred Ellerman), поехали в Грецию, чтобы Дулитл могла восстановиться.

По пути у неё была короткая интрижка с одним из мужчин. От мужа, который не был отцом её ребенка, она давно ушла.

Дулитл была посвящена во все подробности брака своей подруги и Роберта МакАлмона (Robert McAlmon). Когда последний был не в состоянии мириться с присутствием в его жизни двух женщин, его заменили на Кеннета Макферсона (Kenneth Macpherson). Уинифред и Кеннет поженились, удочерили ребёнка Дулитл и «взяли» её в брак третьей.

Фрейду очень нравилось слушать эту историю. Странно, что в тематических исследованиях относительно Дулитл, Фрейд не включил изучение её сексуальности. Несмотря на её довольно запутанную личную жизнь, Дулитл пришла к Фрейду из-за того, что чувствовала в себе "писательский блок".

Его терапия работала, она описывала в своих мемуарах все их терапевтические сессии. Её записи в литературном формате объясняли многие теории Фрейда, начиная от отношений родитель – ребёнок и заканчивая гендерной идентичностью.

В письмах Дулитл также говорилось и о других, которые присутствовали на терапевтических сеансах. Речь идёт о собаках Фрейда. Обе его собаки, которые выглядели как маленькие медвежата, всегда были рядом и зачастую отвлекали от терапии.

2. Дэниэль Поль Шребер (Daniel Paul Schreber)

Фрейд анализировал случай немецкого судьи Шребера, основываясь исключительно на собственных воспоминаниях мужчины. Первоначально привлечённый фразой "убийство души", Фрейд подумал, что случай Шребера – это захватывающая история психоза.

История началась ещё в детстве. Отец Шребера был врачом, который учил своих детей, что они не должны плакать, и будут битыми, пока не перестанут. Дети, по его мнению, должны принимать холодные ванны, чтобы стать жестче, и носить ортопедический корсет с двух до восьми лет, чтобы выработать привычку держать спину прямо.

День ребёнка должен быть строго распланирован, и если ребёнок вдруг пропустил очередное занятие, то он оставался голодным. Если ребёнок оплошал, и должен быть наказан и побит, то ему следовало самому идти к "карателю".

Его отец умер, когда Дэниэлю исполнилось 19 лет, а когда ему было 35, его старший брат покончил жизнь самоубийством. Сам Шребер перенёс нервный срыв после того, как проиграл, баллотировавшись на политическую должность.

Мужчина очутился в больнице, где ему диагностировали чрезмерную чувствительность к шумам, и сказали, что он слишком эмоциональный ипохондрик. Также он начал страдать от заикания. Спустя шесть месяцев Шребер вышел из больницы.

Последующие восемь лет он жил относительно нормально, но у него всё-таки случился срыв, и на этот раз госпитализация затянулась на долгие восемь лет. Это было именно то время, когда он написал книгу, которая так очаровала Фрейда.

Это был также тот период, когда Шребер полагал, что он превращается в женщину (при содействии маленьких людей, живших в его ногах и управлявших насосами, которые эвакуировали его старые органы и «вталкивали» новые).

Своей конечной целью в жизни он считал необходимость дать жизнь Божьему ребёнку. Фрейд пришёл к выводу, что центром бредовых идей Шребера был первый человек, к которому он попал на лечение, - профессор Флечсиг (Flechsig), а затем Бог.

Идея, что ему нужно стать женщиной, чтобы выполнить своё предназначение – стать матерью новой расы мужчин, говорит о его боязни отца (и это справедливо). Скрытый страх кастрации, о которой постоянно говорил отец, убедил его в том, что он становится женщиной.

Когда Бог стал центральной фигурой его заблуждений, Флечсиг перестал быть спасителем и стал ему ненавистен. Это заставило Фрейда предположить, что у Шребера было сексуальное влечение к своему терапевту.

Вследствие неудовлетворения своих желаний, роль Флечсига перешла к Богу, а издевательства отца толкнули его примерить на себе роль женщины.

1. Сергей Панкежев (Человек-волк)

Родившись в 1886 году, Сергей Панкежев всю жизнь преследовался депрессиями, смертью и мыслями о самоубийстве. Хроническая депрессия была особенностью его семьи. В 1906 году его сестра покончила жизнь самоубийством, в 1907 году то же самое сделал его отец.

В 1938 году на этот шаг решилась и его жена. Он впал в глубочайшую депрессию и стал искать помощи.

Пациентом Фрейда он был в 1910-1914 годах. В основном в своих беседах они концентрировались на его детских воспоминаниях. Мужчина рассказал о странном сне, который преследовал его в детстве.

Во сне он встаёт со своей постели, чтобы посмотреть из открытого окна. На улице он видит большой орех, на котором сидят шесть или семь гигантских белых волков, наблюдающих за ним. Изначально Сергею был поставлен диагноз "маниакально-депрессивное безумие", Фрейд не согласился с этим, выявив у мужчины "невроз навязчивости".

Такой диагноз, по мнению Фрейда, вытекает из тревожных эпизодов, начавшихся в раннем возрасте и окрашенных религиозным воспитанием, навязанным матерью.

Фрейд полагал, что волки во сне – это ключ к тому, что происходит в психике Сергея. Животные, по мнению Фрейда, часто подменяют отца в снах. Идея открытых окон и хищных волков, ждущих и наблюдающих, явный признак подавленной сексуальной фантазии, в которой отец является хищником, а мальчик – жертвой.

Предположительно, Панкежеву было всего 18 месяцев, когда он стал свидетелем того, что, как он полагал, было актом насилия, который, тем не менее, оказался приятным, как понял ребёнок.

Фрейд также анализировал его отношения с матерью и с любимой няней. Даже если он пытался быть хорошим и делал всё так, как ему говорили, его подсознательные, базовые порывы превращались во вспышки насилия.

По мнению Фрейда, Человек-волк – это идеальный пример того, какой ущерб могут причинить детям нерешённые проблемы интимного характера. Сергей, в конечном итоге, обратился за помощью в другое место, а позже стал страховым адвокатом.
Источник: ListVerse.com

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники