"Свирск". За два года до Даманского...

Китайские власти неоднократно устраивали провокации в отношении советских судов, направлявшихся в ДРВ или возвращавшихся из Северного Вьетнама на Родину. Нередко это приводило к крупным международным скандалам.

20-21 июля 1967 г. в Желтом море военный корабль и вооруженные суда КНР предприняли действия угрожающего характера против советского судна «Гидрограф», находившемуся в нейтральных водах.
8-12 августа того же года в порту Далянь местные власти задержали теплоход «Свирск». На борт судна поднялся вооруженный отряд китайских пограничников. Второй штурман судна, отказавшийся принять значок с изображением Мао Цзэдуна, был обвинен «в нарушении суверенитета КНР». Пограничники потребовали выдать его китайским властям. Капитан «Свирска» В.А. Коржов отказался сделать это. В результате, капитан, второй штурман были арестованы и подверглись унизительным допросам.

Из воспоминаний Алексея Аркадьевича Брежнева, советского дипломата-китаиста:
"С началом "культурной революции" в Китае условия труда и жизни иностранных представителей, и в первую очередь советских людей, в Пекине стали резко ухудшаться. Коммюнике XI пленума ЦК КПК восьмого созыва, опубликованное 12 августа 1966 г., не оставляло сомнений, что во внешнеполитическом плане развертываемая кампания направлена на серьезное обострение советско-китайских отношений и на вытравливание самой идеи дружбы с северным соседом, пустившей корни в китайском обществе. В развязной форме заявлялось о неприятии нового советского руководства и подтверждалось, что Китай отклоняет идею единства действий в оказании помощи Вьетнаму.


Участники одного из митингов времен "Культурной революции"

Поскольку «культурная революция» продолжала набирать темпы, мы в посольстве ожидали, что летом 1967 года китайцы предпримут новые шаги, направленные на дальнейшее усиление напряженности в отношениях с СССР. К сожалению, этот пессимистический прогноз оправдался. Объектами провокаций все чаще становились принадлежащие Советскому Союзу транспортные средства, в особенности безоружные гражданские суда.

Вне Пекина наиболее крупная провокация была предпринята числа 10-го августа в связи с заходом в китайский порт Далянь советского судна «Свирск». На борт ворвались китайские власти, которые захватили и увезли капитана Коржова. Одновременно толпа китайских граждан попыталась расправиться с членами экипажа. Судно было исписано и обклеено оскорбительными для нашей страны лозунгами."


У этого борта хунвейбины писали оскорбления русским

"Капитан «Свирска» позвонил мне в посольство, подробно проинформировал о случившемся, подчеркнув, что команда судна не давала поводов для подобных действий китайских властей и граждан. Я как мог постарался приободрить его и команду, заверил, что Советское правительство своих моряков в беде не оставит и примет все меры для их освобождения.


Валентин Александрович Коржов, Владивосток, 1971 г.

Между тем меня насторожило такое обстоятельство: измываясь над Коржовым и его командой, китайские власти в то же время с готовностью предоставляли ему добротную связь с посольством (Коржов звонил не один раз). Невольно возникал вопрос: а не хотят ли они втянуть каким-то образом в эту провокацию посольство и тем самым заручиться поводом для новых акций против него? Хотя документальных доказательств у нас, разумеется, никаких не было, мы, тем не менее, обсудив этот вопрос, пришли к выводу, что считаться с такой возможностью необходимо.


Хунвейбин с американским автоматом

Едва мы поговорили на эту тему, как приходит указание из Москвы направить в Далянь консульского работника для урегулирования вопроса о «Свирске». Мне и моим коллегам было абсолютно ясно, что эта поездка в лучшем случае ничего не даст, а скорее всего лишь поможет провокаторам запутать концы и переложить ответственность за случившееся на посольство. До тех пор пока китайские власти противостоят команде «Свирска», всем ясно, кто на кого напал и кто несет ответственность за случившееся.

Хочешь не хочешь, а китайцам все равно пришлось бы отпустить «Свирск». Здесь они сталкивались не только с командой советского теплохода, но и со всей мореплавающей братией мира. Если же в дело вмешалось бы посольство, картина оказалась бы смазанной и для многих не очевидной. Это позволило бы провокаторам надолго задержать судно и выдвигать всякого рода надуманные обвинения в наш адрес.

Мне, конечно, было известно, как не любят на Смоленской площади отказы выполнять поручения. Тем не менее, учитывая возможные последствия, я счел необходимым доложить ситуацию, как она видится посольству, и просить согласия не направлять в Далянь нашего консульского работника. В Москве с моими доводами согласились.
Судно было освобождено после личного обращения А.Н.Косыгина к Чжоу Эньлаю.


А.Н.Косыгин и Чжоу Эньлай

Между тем обстановка вокруг посольства продолжала накаляться. В этих условиях мы стремились еще более скрупулезно фиксировать каждый факт враждебных действий против советских учреждений и их служащих. В целях повышения оперативности я иногда заявлял протесты в МИД КНР по факту, не запрашивая специального указания МИД СССР. В таких случаях посольство докладывало в Москву сразу и о случившемся, и о заявленном протесте."

12 августа Председатель Севета министров СССР А.Н. Косыгин направил Председателю Государственного совета КНР Чжоу Эньлаю письмо, в котором категорически осудил захват советского судна. 13 августа «Свирск» покинул порт Далянь. После этого инцидента советские суда перестали заходить в китайские порты.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники